Игорь Козий: Военный конфликт на Донбассе не закончится, пока есть боеприпасы

В понедельник, 30 января, Авдеевка из-за обстрелов осталась без воды, электричества и тепла. По состоянию на утро 31 января обстрелы Авдеевки продолжаются, работа Авдеевского коксохимического завода впервые с начала конфликта на востоке Украины остановлена.

Президент Петр Порошенко поручил созвать чрезвычайное заседание Трехсторонней контактной группы по урегулированию ситуации на Донбассе. В Авдеевке готовятся к возможной эвакуации людей. Об этом в "Фейсбук" написал председатель Донецкой военно-гражданской администрации Павел Жебривский. О том, что происходит на линии разграничения вблизи Авдеевки, корреспондент UAINFO узнавала у военного эксперта Игоря Козия.

Игорь, что происходит вблизи Авдееевки, это новая «Светлодарская дуга»?

– Давайте называть вещи своими именами, и не нужно как-то заострять вопрос. Я понимаю, что работа журналиста это делать обязывает. Но, думаю, не следует говорить об обострении. Проходит тот самый процесс, который называется «военным конфликтом». До масштабной войны еще не дошло, слава Богу.

Но военный конфликт есть, со всеми его признаками. При этом – подвезли боеприпасы и стреляют больше, увезли или закончили боеприпасы – стреляют меньше. И это будет повторятся постоянно, процесс будет идти до тех пор, пока они, то есть боеприпасы, не закончатся.

Читайте также: Почему Авдеевка – самое уязвимое место боевиков

– Сколько это может продлиться?

– Представьте, что боеприпасы складированы, начиная от Калининграда, Смоленска и заканчивая Владивостоком. И все это подвозится по шесть вагонов в неделю, иногда больше, иногда меньше: везут разные боеприпасы – инженерные, большая часть – артиллерийских, стрелковых. То есть, механизм войны идет.

– То есть, перспектива для нас неутешительна?

– Есть и позитив: он, прежде всего, связан с тем, что украинские Вооруженные Силы, слава Богу, наконец-то «проснулись». Сложно сказать, почему это произошло. И Верховный Главнокомандующий и Главнокомандующий начали проводить серьезное планирование, в том числе, и в АТО. В результате оборона перешла из пассивной стадии в стадию активного процесса, о необходимости чего уже давным-давно говорили. Можно же активно обороняться и постепенно, потихоньку забирать назад родную землю.

– Почему возникло обострение в Авдеевке?

– Потому что противоположная сторона понимает: если этот позитив перерастет в постоянно действующий, это отрицательно скажется не только на том личном составе, который приезжает из РФ воевать там, это негативно будет влиять и на Россию в целом.

Ведь, понимаете, Светлодарск «проглотили». Следующая на очереди – Авдеевка, где часть территории забрали назад. Хорошо, еще «проглотят». Но продолжения подобного допустить не могут, потому что Путину в Кремль необходимо что-то докладывать. А что можно сказать, если есть потери? Как и мы вначале теряли пядь за пядью. И власть молчала об этом, а обществу говорили: то там позицию оставили, то здесь… Вот и сейчас им нужно что-то говорить, а не хочется. Боязно немного.

Читайте также: Авдеевка – это плевок в лицо всем тем, кто хочет договориться с Кремлём о мире любой ценой

Поэтому и возникло новое обострение. Я уже не говорю о тактическом аспекте: где-то высотка немного повыше, где-то – объект поважнее. Например, очистные сооружения в Авдеевке, которые обеспечивают водой часть Донецка. Такие вещи тоже играют определенную роль.

– Вы сказали о том, что мы начали проводить серьезное планирование. Что имеется в виду?

– Вспомните известное письмо от Путина Порошенко, написанное в январе 2015 года, в котором президент РФ предложил очертить границы так называемой «линии столкновения». Там четко видно, если сравнить: мы занимаем сегодня территорию, которая подпадает под «Минск-1». Фактически, возвращаем то, что закреплено «Минском-1». То есть, нам гордиться особенно нечем. Но мы, все же, вроде бы постепенно выходим на то, что там было задекларировано, показано.

С политической точки зрения это дает возможность апеллировать к мониторинговой миссии ОБСЕ, утрверждать: «Вот, извините, это – территория «Минска-1», которая должна контролироваться нами. Мы ее и контролируем сейчас".

Такие моменты тоже есть. Но, на мой взгляд, самым весомым фактором является переход к активной обороне. Надеюсь, что это – не каприз военного руководства, что у него наконец появилось какое-то понимание. Надеюсь, что это – и желание ребят, которые находятся на передовой. Ведь уже, извините, достало, когда тебя изо дня в день обстреливают, а ты, кроме «кукиша в кармане», ничего показать не можешь.

Надеюсь, что это – и умелые действия штабов бригад, которые организуют взаимодействие артиллерийских подразделений с пехотными, танковыми там, где это необходимо. Надеюсь, что от этого уровень военного мастерства, в том числе, и 72-й механизованной дивизии, однозначно станет выше.

– Настораживает ли вас что-то из происходящего в украинской армии?

– Есть и негатив, связанный с тем, что, к сожалению, наш «Укрборонопром» (при этом я кусочек «укр» из их названия забрал бы) не понимает нужд армии. Ведь отдельные изделия для учета артиллерийских систем, которые предложили волонтеры, так почему-то и не принимаются. Надеюсь, что они все же будут взяты на вооружение, если наш оборонпром хочет называться украинским.

Иванна ИГНАТЕНКО, специально для UAINFO

Сообщить об ошибке – Выделите орфографическую ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter